Илльв. Новая генерация

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Франция, Гавр

Сообщений 1 страница 30 из 48

1

Локация: Окрестности церкви Святого Иосифа.
Участники эпизода: Томассо Верди, Аластар Морране, доминас (нпс)

0

2

И все-таки демон из Тамаиля был никудышний. Не идейный был демон. Не правильный.
Всему виной - новая философия, которую тот нагулял, как блудливые мужья нагуливают сифилис. Вот только благородное венерическое заболевание поражало тело, увечило оболочку, и в нынешние времена поддавалось лечению. А хворь некогда подающего надежды демона была неискоренима, накрепко спаявшись с самой его сутью. И наказывать его было без толку - никакого эффекта. Вздохнет, пожмет плечами смиренно, как какая-нибудь глубоко верующая старушка, древняя как мир, и, сцепив зубы, понесет наказание, наблюдая во всем происходящем некий замысел.
Чего уж говорить, в преисподней его не любили. Особенно коллеги фурии, создания амбициозные и донельзя влюбленные в свое дело. Был Томассо среди них, надо сказать, как блаженный среди людей. Жалеют его и не трогают, лишний раз стараются не связываться. А все потому, что понять демона - задача была не из простых. Слишком сложно и глубоко он воспринимал окружающее, усложняя, по мнению прочих, свою жизнь и лишая себя всевозможных удовольствий.
На самом деле, тех, кто и впрямь так думал, Верди считал созданиями недалекими и отсталыми, накрепко застрявшими в косматой древности и отказавшими себе в удовольствии понимать и принимать меняющуюся реальность. Сейчас блуд ради блуда и грех ради греха были не в почете. Человечество давно поменяло образ мышления и теперь грешило исключительно под благочестивым предлогом высшей цели. От любви к искусству, от безысходности или благородно покладая ответственность за свои деяния на себя, иным в назидание.
Такие мотивы были не понятны закостенелым представителями старой школы и не вполне интересны представителям новой. Оттого и поговорить особо о возвышенном было не с кем.
Более того, и молодняк, и бывалые, матерые представители темного стана, не то по привычке, не то в силу своей недалекости продолжали отрицать благость и мудрость Творца, что еще более усложняло процесс сближения и взаимопонимания. А ведь все так просто! Ничто не придумано просто так. И сами демоны (по крайней мере Томассо был в этом уверен так же, как и в том, что солнце поднимается на востоке) были всего лишь одним из орудий Бога, эдаким фильтром, способствующим естественному отбору достойнейших из достойных. Орудия эти, обретя свой разум, естественно решили провозгласить свою самостоятельность, тем самым лишаясь своего смысла. И дело свое делали без понимания глубинной его сути.

Примерно об этом и размышлял Томассо Верди, сидя на веранде одной из небольших кофеен, попивая свой эспрессо с утренним круасаном. Здесь он был, разумеется, по делу.
Если бы кто-нибудь поинтересовался, каким же таким причудливым образом Томассо сочетал свою философию с стандартной работой демона, сиречь совращением и склонением невинных людей и илльвов на сторону тьмы, тот бы ответил легко и просто. Являясь орудием Творца, он создан для того, чтобы проверять на прочность детей и внуков его. Участь слабых духом была очевидна. А те, что не поддались искусу, воистину могли претендовать на всяческую благодать в одинаковом для всех будущим. И пусть хоть кто-то поспорит с логичностью данного утверждения. Никто, однако, его не спрашивал, а потому Тамаиль никому и не отвечал.
А если ближе к делу, то не так давно поступила информация из центра о том, что "на территории славного города Гавра расположена довольно крупная коммуна илльвов". "Крупная коммуна", как выяснилось, состояла из целых троих представителей, двое из которых сожительствовали, а третий имел неосторожность поселиться с ними в одном районе. Вероятность того, что пара была знакома с третьим - стремилась к нулю. По крайней мере за те три дня, которые демон прожил в городе, наводя справки, никаких свидетельств обратного обнаружено не было. Потому он решил не спешить, насладившись помимо прочего чудесной французской осенью, хорошим кофе и славной выпечкой.

Отредактировано Томассо Верди (25.04.13 06:14:52)

+1

3

Новая разнарядка небесной канцелярии вызывала у Аластара недоумение. Вроде бы по уставу - все равны перед Творцом. А теперь, выходит, появились те, кто ровнее. Илльвы. Сама по себе идея сделать мировозрение илльвов более ценным, нежели простых смертных - вызывало ярое негодование у ангела. В свое время даже демона сменившего сторону не выделяли среди прочих примкнувших к добру. И ведь дело не в том, что илльвы дети Люцифера. Тогда ценными души илльвов были только для небесной братии. Но они одинаково высоко ценились по обе стороны баррикад. Что может стать более несуразным?
Аластар, бессрочно сосланный в мир людей, заканчивал утреннюю мессу. Признаться, быть священником ему нравилось. Он занимался тем, что умел и что хорошо получалось. Все так же наставлял людей на путь истинный, оберегал их от происков демонов и, чего греха таить, от происков илльвов. Четко осознавая, что не сможет уберечь всех, он мало-помалу расширял зону покровительства, не брезгуя обращаться к собратьям. Вернее, к тем ангелам, которых не затронула новомодная бюррократическая машина. Аластар оставался приверженцем варианта "на небе царство", а не искореженного и уродливого псевдо-коммунистического режима, который ныне завладел ангельскими умами.
"О душе необходимо заботиться, а не о налоговых декларациях", - обычно думал ангел, стараясь лишний раз не вступать в словесные дебаты с представителями нового режима. Он вообще предпочитал не затрагивать эти темы. От греха подальше.
Еще одним негативным последствием новой разнарядки стала повысившаяся активность демонов. В частности на "его" территории. С некоторыми, по старой памяти, удавалось договориться мирно. С некоторыми, по привычке, приходилось сталкиваться лбами. Намного реже случалось так, что демоны сами сторонились его. Выходя из церкви Аластар невольно нахмурился, чувствуя близость выходца преисподней. Руководствуясь соображениями практичности и осторожности, мужчина решил попытаться заладить это недоразумение цивилизованным диалогом.
Демон обретался в одной из кофеен и ничего противозаконного не делал. Впрочем, судя по его виду - желания такового у него тоже не имелось. Более того, демон оказался шапочным знакомым Аластара. По крайней мере, ангел знал его имя и род деятельности, а этого уже вполне хватало для начала разговора.
- Здравствуй, Томассо, - коротко приветствовал его Аластар, подойдя ближе. - Позволь поинтересоваться - что ты делаешь в этом городе?
Откуда-то пришло осознание, что с этим демоном будет сложно договориться. Несмотря на принадлежность к одному союзу - Томассо был нетипичным демоном. Ему бы ангелом стать - больше толку было бы. А так - ни туда, ни сюда.

0

4

- Если я скажу вам, падре, что в этом славном городе я сижу и пью свой утренний кофе, полной грудью дышу запахом влажной листвы и ветром с реки, вы, должно быть, не будете удовлетворены моим совершенно искренним ответом? - Томассо широко улыбнулся, поднимаясь навстречу мужчине в рясе.
О, разумеется, он знал кто такой Аластар. Не знать о нем было бы большой ошибкой и постыдным пробелом в образовании, который вполне мог претендовать на звание фатального. Но даже будучи осведомленным о боевой славе ангела, наслышанным о его норове и являясь одним из тех, кто поныне собирает всевозможные слухи о Цадоке, кропотливо записывая оные в тетрадь, Тамаиль совершенно его не боялся. Вместо страха он испытывал к созданию божьему некую странную смесь уважения, любопытства и сострадания, изрядно сдобренного иронией.
Именно потому он улыбался так приветливо и тепло. И потому же не торопился отрапортовать о собственном поручении. Это бы существенно ускорило процесс, лишая возможности насладиться беседой и угостить святого отца Морране традиционным парижским завтраком. И совершенно не важно, что эти двое сейчас не в Париже. Иногда демон позволял себе игнорировать такие мелочи, обобщая все приятным для себя образом.

Отредактировано Томассо Верди (25.04.13 07:00:49)

0

5

- Если бы я интересовался исходя из праздного любопытства - твой ответ удовлетворил бы меня, - Аластар покачал головой. Равно как рассвет озарял небо на востоке, беседа с Томассо превращалась в игру слов. Похоже в этом заключалось его демоническое предназначение - убалтывать кого-угодно. Не то чтобы Аластар испытывал хоть сколько-нибудь теплое отношение к этому демону, но поневоле приходилось быть вежливым и... Человечным. Самая большая напасть, которую только можно придумать для ангела - стать слишком похожим на человека. Это означало слишком отдалиться от Творца. Хотя Томассо явно затеял бы спор о том, что невозможно отдалиться от Творца становясь человечным. Аластар был уверен, что это было в его стиле.
Сам же он неоднократно видел, как излишне уподобляясь людям ангелы отдалялись от Творца, от его замыслов и законов. Все дело было в разном восприятии мира, в разных состояниях души. Люди во все времена приходили к Творцу - за помощью, за утешением, с покаянием. Ангелы же никогда не уходили от него. И стоило излишне близко подойти к человеческому мировосприятию, как случался конфликт систем. Люди в таком случае говорили "одним седалищем на двух стульях не усидишь". И это было так.
- Но я интересуюсь не из праздного любопытства, лукавый, - ангел вздохнул и махнул рукой, мол, "садись, в ногах правды нет".

0

6

- Это вы, кстати, зря, - вздохнул демон, опускаясь обратно в удобное плетеное кресло. - Эта ваша характеристика, отче, была бы хоть сколько-нибудь уместна, если бы я и впрямь лукавил. А так я остаюсь кристально честным, как слеза ребенка.
Демон пошарил по карманам и с досадой вспомнил, что сигарет-то он и не купил. А как здорово было бы приправить намечающуюся беседу табачным дымом с едва уловимым вишневым ароматом! Это бы смотрелось в равной степени и гармонично, и гротескно, добавляя новых граней происходящему здесь и сейчас.
Откровенно говоря, Томассо удивлялся этой неприязни со стороны ангелов. Одно ведь дело делают, сохраняя баланс мироздания. Кто-то множит зло, кто-то добро... Но даже эта формулировка была в корне неверна. Нету ни зла, ни добра, если размышлять категориями не человеческими. Есть порядок, который был изначально создан Творцом, и некое подобие хаоса, то есть всего, что от заданного порядка отклоняется. И только так может что-либо существовать, обретая некую особенность и живость. Так "я" отделяется от "не_я", так рождается завершенный шедевр, отделяя себя от какофонии красок мира. А стоит сместить баланс, стереть эту границу между порядком и хаосом, как все сущее затеряется, смажется и потеряет смысл. Так мембрана защищает клетку от окружающей среды. Так разница в ангелах и демонах рождает ту реальность, которую сотворил Господь.
"Отчего же тогда столько пренебрежения к нам, Отец наш Небесный? Чем светлые творения твои превосходят нас, рожденных в мороке? Разве не равны мы пред тобой, как, например, негры и европейцы? Ни за что не поверю, Господи, что ты расист."
- Окажете мне честь, падре? Разделите со мной мой скромный завтрак?

Отредактировано Томассо Верди (25.04.13 07:43:42)

0

7

- Чем определение "демон" существенно отличается от "лукавый"? Как по мне "лукавый" звучит благообразнее, - мужчина повел плечами и сел напротив Верди. - Я не откажу тебе в такой чести, Томассо, - кивнув, Аластар достал из кармана пачку сигарет и придвинул ее к демону. Они, конечно, были не с вишневым вкусом, но всяко лучше, чем совсем ничего. Аластар задумчиво рассматривал собеседника, чуть прищурившись. Не неодобрительно, - хоть Томассо и был незваным гостем, - как следовало ожидать. С интересом, поскольку Томассо действительно вызывал интерес. - И я все же надеюсь получить ответ, который удовлетворит меня, Томассо, - напомнил мужчина. Скорее руководствуясь привычкой, нежели призывая немедленно ответить. Пребывание на земле многому научило его, хоть и не изменило характер в лучшую сторону. - Тебя же это не затруднит? - Аластар едва уловимо улыбнулся. Эту улыбку сложно было назвать настоящей улыбкой, скорее почти позабытая мимическая реакция, которая отражалась на лице бледной тенью.
Не будучи в этой кофейне завсегдатаем, Аластар бывал здесь достаточно часто, чтобы состав его заказа запомнили. Запоминать, по сути, было нечего - кофе и гренки.

0

8

- Можно просто по имени, можно, как это у вас принято, "сын мой", - развел руками Тамаиль, благодарно кивнул и вытянул из пачки сигарету. Зажал ее в уголке рта и растерянно моргнул. Зажигалки у него тоже не было, а попросить у Аластара сразу он как-то не додумался. Потому пришлось состроить красноречивую моську, чтобы не прибегать к сомнительному "дайте огня" или "не найдется ли прикурить". В подобных формулировках Верди видел довольно симпатичную иронию, но не был уверен, что Цадок оценит ее по достоинству. - И да, разумеется, я постараюсь удовлетворить вас... то есть ваш интерес целиком и полностью. Однако, смею надеяться, вы позволите мне провести завтрак не за обсуждением рабочих вопросов. Я был бы вам очень признателен, отче.
По большому счету, демон не видел ни одной причины, по которой ему следовало сохранять свою миссию в тайне. Никаких необычных поручений он не получал, все в порядке вещей, все привычно. Да и рано или поздно до одного из самых ярых проллитов дошла бы вся информация о том, что у светлой половины союза появилось на несколько оправданных намеченных целей больше. Такова была она из стратегий проллитов: демоны давали ангелам повод покарать илльвов за все тяжкие, в которые представители молодой расы пускались с легкой подачи темного легиона.
Тем не менее говорить о работе прямо сейчас, когда кофе пахнет так соблазнительно, а круасаны все еще теплые - было почти что преступлением, совершать которое Томассо не хотел.

Отредактировано Томассо Верди (25.04.13 08:17:50)

0

9

- Разумеется. Было бы по-свински лишать тебя завтрака, - Аластар достал следом и зажигалку, прикуривая Томассо. Впрочем, о себе он тоже не забыл. Прикурив сигарету, он откинулся на спинку стула и выдохнул дым вверх. - Мне достаточно знать, что ответ я все-таки получу и это случится сегодня, а не в следующем тысячелетии.
Принесенный кофе оказался очень кстати. После полуторачасовой мессы першило в горле и просто жизненно необходимо было смочить его вкусным напитком. Аластар испытывал низменную привязанность к таким вещам и иногда, - пребывая в совершенно сварливом настроении, - укорял себя за подобные капризы. Все остальное время он предпочитал мириться с фактами своих привычек, которые из разряда временных перекочевали в неискоренимые.
- Не знаю как ты, а я углядел в обращении "сын мой" некоторую смысловую неточность. Подобное обращение все же свойственно по отношению к людям, поскольку они, в некотором смысле, являются приемными детьми ангелов. Демоны же, если переводить все в таблицу родственных отношений, скорее являются братьями для ангелов. Поэтому я остановлюсь на том, что буду обращаться к тебе по имени.
Кофе был божественен и Аластар, следуя собственной традиции, вознес хвалу Творцу за то, что придумал кофейные зерна и надоумил род человеческий обрабатывать их для дальнейшего употребления.

0

10

- А я бы поспорил, - улыбнулся демон, наслаждаясь возможностью вдыхать горьковатый табачный дым и смешивать его послевкусие со вкусом кофе. - "Сын мой" - типичное обращение священника к прихожанину. Ну, по крайней мере одно из. Но, по факту, священнослужитель тоже является обычным человеком, а потому формулировка "брат мой" была бы более уместна. Однако, таким образом они обращаются только к таким же священникам, как они. Кажется, даже только к тем, кто равен с ними в сане. А мы с вами, кстати, оба сейчас занимаемся тем, что играем в людей.
Томассо нравилось играть словами, и в глубине души он надеялся, что это никоим образом не заденет ангела и не вызовет раздражения. Этим утром демон был на удивление миролюбив и в наилучшем расположении духа. Видимо, красота окружающей его действительности, дополненная некоторыми особенно любимыми мелочами, влияла на Верди самым благотворным образом.
- Это во-первых. А во-вторых, сугубо технически братьями приходятся друг другу ангелы и демоны, появившиеся из света и тьмы непосредственно. Я же - рожден, подобно тому, как рождаются смертные. Оттого могу приходиться вам племянником, к которому обращение "сын мой" тоже может быть применимо, - теперь он улыбался еще шире, однако не было в этой улыбке ни злорадства, ни ехидства, ни даже искорки чего-то колкого. Одно только ребячество и совершенно не свойственная демонам лояльность. - Но я не стану настаивать. Тем паче, что имя мое меня вполне устраивает.

Отредактировано Томассо Верди (25.04.13 08:35:51)

0

11

- Не соглашусь с тобой в вопросе "игры в людей", - мужчина крепко затянулся и покачал головой. - Несмотря на то, что мы принимаем облик схожий с человеческим - это не вполне соответствует игре. По крайней мере, с моей стороны. Внешность та же одежда, что одета на нас. Не более и не менее.
Отложив сигарету в пепельницу, Аластар приступил к поглощению гренок. Пристрастие к гренкам тоже относилось к неискоренимым привычкам ангела. Если рассматривать все его привычки, то из них можно было построить небольшого размера дом. В этом смысле он мог согласиться с Томассо - это была игра в людей, поскольку для ангельской натуры не было никакой разницы - поглощать гренки, запивая их кофе или нет. И все же согласие это было бы ситуативным, не распространяющимся на весь спектр действий и мотивов.
- Творец создает нас такими, как мы есть. И несмотря на способность менять внешность человеческой оболочки - оставаясь при той внешности, которой нас наделил Творец - мы не играем в людей. Мы остаемся сами собой. В частности ангелом и демоном, которые завтракают и ведут философскую беседу.

0

12

- И я, между прочим, не вижу в этом ничего абсурдного, - пожал плечами Томассо, затянулся еще раз, а потом и сам, последовав примету Аластара, отложил сигарету. - Более того, я не вижу причин, по которым это даже теоретически могло бы быть абсурдным. Ну, если не брать теорию классовости и некоторый снобизм, присущий птицам вашего полета. Так что я бы, скорее, назвал происходящее как-то вроде: "трудяги из соседствующих цехов на одном производстве, ведущие философскую беседу за завтраком".
На счет игры в людей Верди мог бы поспорить. Взять хотя бы способности. Ладно, целительство, проклятия, молитвы. Ладно, повышенная регенерация. Но человеческое тело обязывает о себе заботиться. Есть, спать, пить, справлять нужду. Тело - материально и ненадежно, оно является слишком сомнительным сосудом для той силы, которой обладают ангелы и демоны у себя дома или в той же Алькоре. Здесь же приходится играть по правилам этого мира, а значит - очеловечиваться максимально, перенимая у этих тварей божьих инстинкты, привычки и ограничения. Вот только Аластар был слишком фанатичен для принятия таких идей. Так что распинаниями на этот счет он бы не проникся и, скорее всего, ушел бы в глухую оборону, после чего приятную беседу можно было бы считать оконченной.
"Забавный он, - думал Тамаиль, вдумчиво поглощая круасан, запивая его кофе, - Сильный, зрелый, мудрый...по идее. А упрямый, как ребенок. И обидчивый. Славный. Но слишком далекий от времени и места. Ему бы в прошлое, нести веру в массы. А сейчас - как ветеран войны, мучимый своим поствоенным синдромом. Тяжко, наверное, тебе приходится, Сифра."

Отредактировано Томассо Верди (25.04.13 08:55:39)

0

13

- Абсурдным это могло бы стать в сознании человеческом, - пожал плечами Аластар. Сбив столбик пепла со своей сигареты, он сделал несколько затяжек, прежде чем продолжить. - Потому что нас втискивают в категории, которые нам не вполне подходят. В этом плане я не совсем согласен с родом человеческим. Если воспринимать все, как красивую сказку с райскими кущами в конце - еще куда ни шло. Но на деле ведь бывает так, что демон куда чище и благодеятельнее, чем ангел. И в последнее время бывает все чаще. Поэтому я не считаю, что происходящее хоть сколько-нибудь абсурдно.
За свои мысли, равно как и за некоторые свои поступки, Аластар нередко получал предупреждения. Дескать, не пристало ангелу такие мысли в себе взращивать. Возможно и не пристало. Но взращивать в себе ложное восприятие действительности - слишком уж противоестественное занятие.
"Вот сидит демон, сын преисподней, и вот сидит ангел, дитя Творца. Разница между ними в цветах знамен под которыми они выступают. Сколько веков прошло с тех пор, как дети небес и преисподней перестали быть зеркальными отражениями друг друга? Никто уже и не вспомнит о старых порядках. Разве что такие вот, как я, заставшие и выросшие в те времена."
Аластара можно было счесть еретиком в ангельском стане. И Аластар, при определенном стечении обстоятельств, несмотря на все свои заслуги, - мог лишиться покровительства небес за такие свои размышления, которые в той или иной степени являлись укладом его жизни.

0

14

- Ангелы, демоны... - Тамаиль откинулся на спинку кресла и помахал рукой в воздухе, будто разгоняя дым или отгоняя назойливых мошек. - Это давно формальности. Как нас ни называй, а все мы - части одного механизма. Изъять из него нас, нечестивых, и все перестанет работать. И наоборот. Не будет вас - и в таких как я не будет смысла. А все почему? Потому что мы созданы друг для друга, как матрица и патрица, как розетка и штекер, как замок и ключ...
Демон запнулся, понимая, что перегибает с метафорами и, в конце концов, может быть истолкован неверно. А потому прервался, допил свой кофе, и жестами просигнализировал официантке, сердечно прося повторить заказ. Со стороны это выглядело забавно, почти мило, и девушка, хихикнув, убежала внутрь заведения, чтобы передать заказ на кухню.
Тамаиль проводил ее веселым взглядом и покачал головой.
- Так о чем это я? Ах, да! О том, что если взять систему всяческих давних поверий, то люди считали, что ангел сидит у них на одном плече, демон - на другом. И каждый гнет свою линию, оставляя за человеком свободу прислушаться к тому или иному. То есть, это значит, что темная и светлая стороны работали в паре, дуэтом, находя к каждому свой индивидуальный подход. И мне кажется, что если бы сейчас все было так же, работать и нам, и вам было бы значительно приятнее. И, полагаю, эффективнее. Так же... - Верди раздраженно поморщился. - Ангелы почти презирают людей и откровенно брезгуют нами. Демоны - считают человеческие души разменными монетами, фишками в казино, и глумятся над ангелами. А все потому, что в ком-то в свое время взыграла жажда превосходства. Чисто человеческая, надо сказать. Знал бы в ком - убил бы собственноручно.

Отредактировано Томассо Верди (25.04.13 21:21:28)

0

15

- И в тех, и в других, - мужчина неторопливо и тщательно потушил окурок, прежде чем прикурить новую сигарету. - Слишком очеловечились, а в следствии переняли многое из того, что изначально не было присуще ни ангелам, ни демонам. Впрочем, возможно все действительно было проще и многие из нас просто забыли, как правильно. Не знаю, - покачав головой, Аластар задумчиво перевел взгляд на серые воды Сены и приумолк.
Мысли его будоражили эпизоды из истории человечества, увиденные им лично и переданные по наследству от старших ангелов. Во всем этом не было какого-то сокровенного смысла, он уже не раз тщательно изучал закоулки памяти, чтобы понять когда именно все пошло наперекосяк. И ни разу его попытки не увенчались успехом.
"Вина на всех, кто жил тогда и живет сейчас. Одни были глухи, иные слепы, третьи жаждали нового. Мы все вместе изменили уклад созданный Творцом и бессмысленно искать виноватых на стороне. Этот грех лежит на нас всех, Творец. И в трепете и страхе мы ждем Твоего наказания."

0

16

Если бы Томассо потрудился читать мысли ангела, то непременно бы вступил в спор. Вот уж кто, а лично он - не трепетал и не боялся. Более того, рожденный так, как рождаются смертные, он с младенчества взращивал в себе какую-то неосознанную готовность к смерти в финале. И почти по-человечески верил в то, что если хорошо потрудится при жизни, после смерти он непременно попадет в рай. К такому предполагаемому развитию событий демон относился двояко. С одной стороны, если все будет так - он искренне порадуется собственной прозорливости. С другой стороны - кто его знает, что там, в Божьем Царстве и какое оно вообще. В том, что это самое Царство и плоскость в которой обитают ангелы - не одно и то же, он был уверен.
В любом случае, каким бы наказание ни было, - если оно вообще планировалось, - Тамаиль его не боялся. Напротив, даже испытывал определенный восторг по этому поводу, предвкушая яркое полыхание всего своего существа со смиренной улыбкой на губах.
- Иногда мне кажется, - осторожно начал он, в глубине души опасаясь, что падре за еретические мысли перегребет его чем-то тяжелым, ну или разобидится от всей души, - что Творец не зря наделил нас разумом, а все свое творение, то есть мир - способностью к тому, чтобы развиваться. Видимо, все так и надо. Некоторое время всех трусило в переходном возрасте, но настало время взрослеть и как-то улаживать весь этот бред, который мы тут развели.

0

17

- Это здравые мысли, - чуть помедлив, сделав несколько затяжек, ответил ангел. - Только переходной возраст затянулся, на мой вкус. История рода людского насчитывает тысячелетия, а развивается он со скоростью улитки. Грешным делом я утверждаюсь в мысли, что пенять за это нужно наставникам их, то есть ангелам. И, в некоторой степени, демонам.
Аластар оглянулся через плечо и жестами, - стоит отметить весьма скупыми, но от того не менее вежливыми, - попросил еще чашечку кофе. Такие разговоры в какой-то мере бередили его душу, возрождали былые сомнения. А сомнения, как здраво рассуждал ангел, не всегда приводят к добру.
- Мне кажется, что мы утратили понимание замысла Творца. Даже не так. Мы утратили то подобие понимания замысла Творца, потому что ни одному живому существу не хватит силы осознать всю глубину этого замысла. И сейчас, как нерадивые студенты, стараемся придумать ответ, который удовлетворит экзаменатора. Подчас забывая, что этим экзаменатором являемся мы сами.

0

18

- А, может, оно и верно, что все так получилось,- усмехнулся Тамаиль, и поскреб подбородок. Сигарета в пепельнице дотлела, а он, заболтавшись, вспомнил о ней только сейчас. - Может так и должно было случиться. Так дети вырастают и начинают жить по своему разумению, а не по наставлению родителей. Может быть, наша очередь пришла? И теперь нам дано право видеть мир таким, какой он есть, а не жить в иллюзорно-счастливой реальности. Между прочим, не удивлюсь, если так оно и есть, и происходящее - это всего лишь проверка на зрелость и на истинность нашего доверия Всевышнему. Как по мне, если и сказано, что на все воля Божья, то так оно и есть.
Ветер с реки подул сильнее, поднимая над землей легкие и яркие сухие листья, словно цветная волна разбилась о скалы. Солнце снова выглянуло из-за тучи и легко мазнуло теплой полосой по щеке демона. И тот улыбнулся в ответ. Конечно же, он не старался увидеть в этом никаких знамений. Слишком давно он уверился, что знамения - штука сомнительная, и если так рассуждать, то за него можно принять что угодно. Потому Томассо просто было приятно такому красивому и теплому стечению обстоятельств.
В этот момент как раз приоткрылась дверь в кофейню, выпуская хрупкое создание в фирменном переднике на веранду. Из приоткрытых створок потянуло головокружительным запахом свежемолотых кофейных зерен и выпечки. А оттого улыбка Томассо сделалась еще шире, мечтательнее и теплее.
- А знаете, что меня огорчает больше всего во всем, что происходит? - он благодарно кивнул девушке, расставившей на их столике чашечки и блюдца с заказом. А потом, поддаваясь какому-то внутреннему порыву легко взял ее за запястье и поцеловал руку. Та смутилась, моргнула удивленно и, не справившись с эмоциями, едва ли не вприпрыжку убежала шушукаться о произошедшем с подругами. - Больше всего, - он снова перевел взгляд на ангела, - меня огорчает, что мы стали работать ангелами и демонами, а не быть ими. А работа - редко позволяет оглядеться вокруг и оценить красоту момента.

Отредактировано Томассо Верди (25.04.13 23:25:25)

0

19

- Прискорбно, но факт, - Аластар чуть поморщился. - И еще более прискорбный факт - я едва ли смогу вспомнить, что значит быть ангелом. Кажется, это было слишком давно, - ангел пожал плечами и криво усмехнулся. - Все мы запутавшиеся дети, которые оставшись без отцовских наставлений вслепую пробираются по взрослой жизни.
Аластар пригубил кофе, следом сделал глубокую затяжку и едва уловимо покачал головой. Подобные беседы были полезны для души, но никоим образом не способствовали улучшению положения. Аластар был из тех, кто предпочитает сразу делать, а не разводить философию. Особенно там, где для философии благодатная почва.
- Надеюсь, ты не обидишься, Томассо, - произнес он, отставляя чашечку на место, - но я не отказался бы получить ответ на свой вопрос, прежде чем мы продолжим погружение в философские беседы на вечные темы. Я не призываю закрыть эту тему, но мне не дает покоя отсутствие ответа. Особенно в виду новой разнарядки небес и преисподней, - ангел перевел взгляд на Верди, внимательно прищурившись.

0

20

- Ну, отче... - Томассо не выдержал и таки расхохотался. Он долго подавлял в себе это желание. Едва ли не с самого начала разговора. А тут наконец-то не выдержал. И грешным делом даже подумал, что остановиться получится не скоро. Однако взял себя в руки, промокнул глаза салфеткой, стирая навернувшие слезы, и постарался дышать ровно. - Оно ведь очевидно, раз уж вы тоже получили разнарядку. Мое дело - совратить троих несчастных, которым выпало родиться илльвами. Ваше, судя по всему, тоже? Или как это у вас, ангелов, называется?
Впрочем, Тамаиль мог сказать это и в самом начале беседы. Однако здраво опасался, что в таком случае беседа пошла бы совершенно иным путем. Еще он опасался, что в сложившейся ситуации возможность приятно поговорить стремилась к нулю. Фанатичный в своем деле, Цдок мог прямо сейчас подняться с места и пойти лишать честного демона работы, отправляя души невинно убиенных потомков Люцифера прямиком в рай. Что, конечно, тоже засчиталось бы как небольшая победа светлого войска над силами тьмы, но в совершенно другом состязании. Состязании в количестве присвоенных посмертно душ.

0

21

Аластар на несколько секунд растерялся, когда Верди расхохотался, не сразу разглядев причину неожиданного веселья. А когда понял - хмыкнул и с усмешкой покачал головой, дескать, забавный ты, Томассо.
- Спасибо за ответ, - кивнул Аластар и, кажется, потерял к этой теме всяческий интерес. О троих проживающих в Гавре илльвах он знал, и более того неоднократно их видел. Однако, в силу того, что его страсть к истреблению илльвов не поощрялась вышестоящими чинами, он ждал, когда они перейдут под покровительство преисподней. - У ангелов это называется не совращением, Томассо. Это называется возвышением. Хотя, на практике, существенных различий не наблюдается. В некоторой степени я даже рад, что возвышение душ не входит в мои прямые обязанности. Во-первых, у меня это скверно получается. Во-вторых, с моей стороны было бы лицемерно возвышать души илльвов, учитывая, что я их истребляю. Надеюсь, ты ограничишься тремя илльвами и не станешь покушаться на святость душ остальных жителей этого города?

0

22

- Ох, сомневаюсь я, отче, в их святости, - покачал головой Тамаиль, - Но да, людей я трогать не намерен. За их собственные решения - ручаться не буду. Если эта милая девочка, которая обслуживала наш столик, решит продлить со мной знакомство, например, видит Бог, я ничего для этого не делал.
Откровенно говоря, Томассо умиляла эта трогательная особенность Сифры. Он так рьяно и слепо не переносил илльвов, в то время как всячески опекал людей, и при этом удивлялся, почему ангелы и демоны, особенно правящие чины, как-то различают этих созданий выделяя ту или иную расу. А ведь сам грешил этим, в то время, как по большому счету илльвы были теми же людьми, мало чем отличающимися от того, какими были созданы дети Господни. Разве что первородного греха на них не было.
Но высказывать это вслух Верди не собирался. Кто он такой, чтобы судить ангела? Кто он такой, чтобы вообще судить?
"Однажды, Цадок, ты сам себя обманешь. И как бы мне хотелось, чтобы в этот момент рядом с тобой оказался такой же святой, как оказался рядом со мной в момент моего отчаянья! Быть может, я постараюсь стать кем-то таким для тебя. А может и нет. Но терпения тебе, ангел. И сил. И веры."

0

23

- Мне достаточно знать, что ты не имеешь злых намерений. Даже если сам их считаешь благими, - покачал головой Аластар. - Не хотелось бы после такой приятной беседы сходиться с тобой в бою, - усмехнувшись, мужчина потушил сигарету и сконцентрировал свое внимание на кофе.
О том, что он заблуждается в своей неприязни к илльвам - Аластар знал. Равно как и знал почему и после чего неприязнь эта укрепилась в его сердце. Он мог находить десятки аргументов, которые подтверждали его правоту в истреблении илльвов. Но ни один на проверку не был правильным, правдивым. С тем же рвением ангел должен был истреблять и людей. Но людей он оберегал, а илльвов уничтожал. Играя с самим собой в прятки он, поневоле, отдалялся от бытности непорочным ангелом.
- Хотя вряд ли мы сошлись бы в бою. Ты не сторонник силового решения возникающих проблем, верно? Оно и правильно. В этом мире и так слишком много войн, чтобы добавлять еще одну, пусть и такую невзрачную, - Аластар повертел чашечку в руках, сделал еще один глоток кофе и отставил ее на стол.

0

24

- Признаться, я скорее тростник, чем дуб. Я гнусь под ураганом, а не противостою ему. Так вероятность того, что я уцелею, куда больше, - развел руками демон и отодвинул опустевшую чашку в сторону. - А еще, признаюсь вам по секрету, - он перешел на заговорщицкий шепот, чуть подался вперед и накрыл ладонью руку святого отца, - Я до той степени эстет, что когда мне доводится наблюдать проявление стихийной силы, я зачарован зрелищем настолько, что напрочь забываю оказывать сопротивление.
Весело фыркнув, Тамаиль вернулся в исходное положение - откинулся на спинку кресла и забросил ногу на ногу, наблюдая за Аластаром с нескрываемым интересом. Ему и впрямь было интересно, как и на что реагирует ангел, как он оценивает действительность, как пропускает сквозь себя и как интерпретирует. Как далеко он позволит заходить демону в его проявлениях. От всего этого напрямую зависело восприятие Сифры, и Верди всей душой надеялся, что этот славный ангел еще имеет шанс на исцеление его бесспорно ценной души.

0

25

Аластар никак не отреагировал на прикосновение Томассо. Ни внешне, ни внутренне. Он был слишком погружен в себя, чтобы как-либо интерпретировать то, что происходит во внешнем мире. Отметив, что рука у демона прохладная и мягкая, он сделал лишь один вывод - на улице уже достаточно прохладно и если Томассо продолжит так сидеть, то может простудиться.
- Пагубная склонность, - со вздохом отметил мужчина. - И пусть это звучит странно, но тебе стоит поберечь себя.
Несмотря на достаточно внушительный возраст, эта погруженность в себя была сугубо детской реакцией на внешний мир. Я-спрячусь-ото-всех-и-больше-не-будет-плохо. Единожды закрыв за собой дверь, которая должна была не пропускать болезненные отношения, Аластар так и остался за ней, обустроившись и не видя причин покидать свою крепость. Как он при этом умудрялся быть действительно открытым для прихожан и Творца - оставалось загадкой даже для него. Потому и сейчас, чувствуя, что Верди заинтересован в его реакциях, никоим образом не мог ответить, поскольку все реакции были надежно спрятаны во избежание неприятных ситуаций.

0

26

- Обязательно, - покивал демон, но соглашаясь скорее по инерции. Беречь себя - занятие было до того скучным и лишенным всяческого смысла, что Тамаиль предпочитал не тратить на него времени, предпочитая беречь кого-то другого - своих ли подопечных или просто симпатичных ему людей и нелюдей.
Демон выудил из кармана пиджака бумажник, пересчитал наличку и, удостоверившись. что ее хватит на то, чтобы оплатить оба завтрака и оставить приличную сумму на чай, положил новенькие купюры на стол, прижав их блюдцем, чтобы не унесло ветром. Поднялся на ноги и потянулся, чувствуя, как хрустит его позвоночник и позвонки становятся на места.
Главное было не забыть купить сигареты. И после этого уже приступать к непосредственному выполнению собственных обязанностей. Обидно было разве что то, что исходя из специфики деятельности Тамаиля повышалась вероятность того, что илльвы скорее перережут друг друга, нежели склонятся на темную сторону. Тем более что сам демон слабо представлял, каковы критерии этого склонения и чем в последствии "склоненные" должны были заниматься, чтобы отличаться от прочих и чтобы их действия трактовались как действия во славу тьмы.
- Скажите, отче, когда я могу придти к вам исповедоваться? Или, может быть, вы можете посоветовать кого-нибудь, кому исповедь моя в силу человечности не будет серпом по яйцам?

0

27

- В любое время, Томассо, - мужчина поднялся следом и недовольно нахмурился глядя на то, как Верди расплачивается за них двоих. Но высказывать недовольство вслух не стал. Все равно ведь бессмысленно, да и обижать Томассо не хотелось. - В любое удобное для тебя время. И это не будет серпом по яйцам, как ты выразился, - Аластар забрал со стола пачку сигарет и зажигалку, положил их в карман и достал взамен четки. - Двери церкви открыты для всех.
"Мир действительно сошел с ума. Демон жаждет исповедаться, а человек подчас даже не задумывается об этом. И никто не ответит на вопрос почему все устроено именно так..."
Аластар задумчиво перебирал четки, составляя план на день. Однозначно следовало вернуться в церковь и заняться благоустройством прилегающей территории. Этой работой он предпочитал заниматься самостоятельно, находя некое удовольствие в том, как все приходит в благообразное состояние.
- Спасибо за завтрак, Томассо. И за приятную компанию, - наконец произнес мужчина.

0

28

- Спасибо и вам, отче, - улыбнулся Томассо немного виновато. Он прекрасно понимал, что в Европе давно не принято вот так угощать даже чем-то копеечным без предварительной договоренности. Нынче даже влюбленные делили счет за ужин на двоих. Это как-то не укладывалось в рамки понимания демона. Если хочешь сделать человеку приятное - делай, и не скупись ни на искренность, ни на финансы. Окупится рано или поздно. Любой же расчет в подобного толка мероприятиях Тамаиль полагал проявлением мелочности и скупости натуры, что эту натуру нисколько не красило. - Я обязательно загляну к вам при первой же возможности. Чует мое сердце, что мне будет в чем раскаяться и о чем сожалеть.
Демон подхватил свой дипломат, стоявший прежде у ножки стола, еще раз осмотрел столик, уверяясь в том, что не забыл ничего важного и по рассеянности не пожертвовал милой официантке весь свой кошелек. Не смотря на щедрость, которой Тамаиль был наделен сверх меры, проявлять ее он любил исключительно осознанно, а не по причине рассеянности, присущей ему в той же мере.
Быть рассеянным Верди было противопоказано. Импульсивность его натуры подчас могла превратить милого и обаятельного молодого человека в создание нервное и неуправляемое. Оттого Томассо старался избегать ситуаций, в которых он мог бы испытать огорчение. А то, чего доброго, проклянет ни в чем не виновную официантку в порыве чувств.
Удостоверившись, что ничего не забыл, он еще раз тепло улыбнулся Аластару.
- Видит бог, Аластар, я бы предпочел родиться ангелом и вершить благие дела. Но генетика сыграла со мной злую шутку. Так что спешу откланяться и с отвращением приступить к творению предписанных мне уставом злодеяний.

Отредактировано Томассо Верди (26.04.13 04:09:09)

+1

29

Эпизод в кофейне окончен.

0

30

Локация: Угол улицы Сен-Луи и улицы Бретань
Участники эпизода: Томассо Верди, пара доминас (нпс-бот)

Пара, которая интересовала Томассо, жила в небольшом уютном доме на углу улиц Сен-Луи и Бретань. Первые два этажа их дома занимало бистро "Д'антон", остальные же два были жилыми. Они облюбовали квартиру на четвертом этаже. Нельзя сказать что они жили богато, но зарабатываемых в бистро денег хватало на то, чтобы чувствовать себя самодостаточными. Анна-Николь работала официанткой в бистро, Жан работал там же поваром. Работа в такой близости от дома была в удовольствие обоим, так что по окончанию рабочего дня они могли совершенно спокойно прогуляться по набережной и отдохнуть.
Оба были доминас и тщательно скрывали свою принадлежность к илльвам. Слишком уж опасно было в нынешние времена быть открытым илльвом и слишком велика была вероятность того, что их убьют. Но наедине друг с другом или во время поездок в другие города к друзьям или родственникам, они вполне могли жить не скрываясь.
В данный момент Анна-Николь порхала по залу, обслуживая клиентов, и в те короткие минуты перерыва заглядывала на кухню, чтобы переброситься взглядом и улыбкой со своим мужем.

0